Лавров рассказал о "несочетаемости" Балкан и "недоговороспособности" Саакашвили и Ющенко

Гагра, 7 апреля 2009, 01:23 — REGNUM  

Министр иностранных дел России Сергей Лавров дал интервью правительственной "Российской газете", которое издание публикует сегодня. Сергей Лавров, в частности, ответил на следующие вопросы:

Лет десять назад МИД России часто критиковали за то, что Россия фактически сдала свои позиции на Балканах. Последние три года явно наметилась обратная тенденция. При этом, к примеру, президент Болгарии Георгий Пырванов считает, что болгарам удалось сочетать на своей территории практически несочетаемое - российские трубопроводы и американские военные базы. Такое "сожительство" не смущает российский МИД?

Мы ведь никогда не говорили, что у нас есть монополия на ту или иную страну, на то или иное геополитическое пространство. Но мы всегда говорили о том, что законные интересы России, которые встречают ответное движение наших партнеров в любом регионе мира, должны учитываться. Балканы - это часть Европы, где Россия исторически не просто присутствовала, а принимала непосредственное участие в решении проблем, в чем кровно были заинтересованы народы региона. Это было и в XIX веке, и во время Второй мировой войны, и в другие периоды.

Наши традиционные, уходящие глубоко в историю связи с балканскими государствами и народами мы хотим развивать. Они хотят того же самого. И мы будем реализовывать этот интерес в совместных проектах, будь то энергетика, инвестиционные проекты, торговля, другие формы экономического сотрудничества. Не стоит забывать и культурные связи, где у нас тоже взаимные интересы.

Что касается членства в НАТО государств, с которыми мы развиваем отношения, наша позиция на этот счет известна. Мы не видим смысла в расширении альянса в современных условиях. Убеждены, что эффективно обеспечить безопасность стран Европейского региона можно внеблоковыми методами, которые не вызывали бы подозрений и вопросов.

Нас, конечно же, беспокоит то, что появление военных баз на территории новых членов НАТО - Болгарии и Румынии - расходится с теми заверениями, с теми политическими обязательствами, которые были даны на стыке советской и постсоветской эпох. Сначала нам обещали не расширять НАТО на Восток. Потом, когда все-таки это произошло, уже на высоком и высшем уровне, были взяты обязательства не размещать на территории новых членов "существенных боевых сил". Но базы создаются. На наши обращения мы получали ответ: речь идет о "несущественных" боевых силах. А поскольку понятие "существенные боевые силы" прописано не было при принятии этого политического обязательства, мы уже несколько лет пытаемся добиться его конкретизации. Пока наши партнеры на это идут неохотно, и мы будем продолжать добиваться ясности в рамках Совета Россия - НАТО (СРН) и нашего диалога с американцами.

И все же есть целый ряд стран, которые, вступив в НАТО, не поддались примеру отдельных своих коллег, не стали заниматься антироссийской политикой в угоду тем или иным обстоятельствам, а руководствуются своими национальными интересами. Упомянутая вами Болгария занимает именно такую позицию. Рассчитываю, что в позиции всех европейских стран возобладает не логика членства в военно-политическом блоке, а логика современного мира, который не должен дробиться разделительными линиями. Стоит напомнить и другое обязательство, закрепленное в документах СРН и ОБСЕ, - не обеспечивать свою безопасность за счет безопасности других. Пока, к сожалению, планы дальнейшего расширения НАТО реально рискуют это обязательство нарушить и создать новые разделительные линии. В нашей работе мы будем упорно добиваться того, чтобы этого не произошло.

На днях президент Грузии Михаил Саакашвили объявил, что он полон решимости создать при помощи США качественно новые вооруженные силы и добавил: "Пусть ни у кого не будет иллюзий". При этом о ныне существующей армии Грузии он сказал, что ее подготовка, "конечно, не была рассчитана на ведение полномасштабной войны, она была рассчитана на мирные полицейские операции". О каких, на ваш взгляд, иллюзиях говорил Саакашвили? И не считаете ли вы, что президент Грузии фактически объявил о том, что готовится к новому серьезному конфликту с Россией?

У нас в отношении М. Саакашвили иллюзий нет. Мы очень долго, практически все годы его пребывания у власти, стремились наладить с Грузией нормальное сотрудничество. По поручению В.В. Путина я ездил в начале 2005 года в Тбилиси. По итогам переговоров с М. Саакашвили и министром иностранных дел было принято решение об ускоренном выводе двух остававшихся российских военных баз из Грузии. При этом М. Саакашвили согласился на пакетную договоренность: мы выводим базы (а вывели мы их даже раньше, чем договорились), создаем совместный российско-грузинский антитеррористический центр, что подчеркнуло бы наше стремление сотрудничать в вопросах безопасности, а Грузия принимает закон о том, что на ее территории никогда не будет никаких военных баз любого государства.

Мы свою часть договоренности выполнили. М. Саакашвили не выполнил ничего. Были лишь робкие контакты по вопросу создания антитеррористического центра, которые потом грузинская сторона прекратила. Уже тогда проявилась недоговороспособность этого человека.

Ну, а что касается событий августа, то нет недостатка в фактах, которые в изобилии были представлены российской стороной, Генштабом Вооруженных сил Российской Федерации, западными экспертами и журналистами. Все опубликовано и известно.

По инициативе Евросоюза была создана комиссия по расследованию этих фактов. Мы с ней сотрудничаем. При этом мы хотим, чтобы с этой комиссией сотрудничали все те, кто так или иначе был связан с августовскими событиями. Чтобы комиссия реально занялась выяснением роли тех государств, которые вооружали Грузию, посмотрела на то, какие это были вооружения, по каким каналам они поставлялись. Только ли легальным или еще и скрытно. По каким ценам. Как это все соотносится с теми кодексами, которые приняты в Евросоюзе и ОБСЕ и которые предполагают недопущение поставок наступательных вооружений в зоны конфликтов.

А тогда, до 8 августа, на территории Грузии было две зоны конфликта, которые были признаны в качестве таковых в решениях Организации Объединенных Наций и решениях ОБСЕ. При этом все были готовы урегулировать эти конфликты в рамках уважения территориальной целостности Грузии. О чем, кстати, президент Д.А. Медведев сказал М. Саакашвили, когда они встречались 6 июня прошлого года в Санкт-Петербурге. По итогам той встречи они договорились продвигаться вперед в урегулировании, в частности, о том, что Тбилиси заключит с Цхинвалом и Сухумом соглашения о неприменении силы.

Все эти вопросы обсуждались, но в середине июля прошлого года грузинская сторона вновь проявила свою недоговороспособность и просто перестала отвечать на наши обращения. А потом произошло нападение на Южную Осетию. Количество и качество вооружений, которые Грузия применяла, говорит о том, что это была отнюдь не полицейская, а настоящая армейская операция, которая обрела форму агрессии.

Беспокоит, что и сегодня в Тбилиси не стихает воинственная риторика. Есть серьезные основания для подозрений о подготовке новых силовых провокаций. Прискорбно, что на этом фоне отдельные друзья Тбилиси вновь занялись вооружением режима М. Саакашвили.

В своем последнем выступление в Верховной раде президент Украины Виктор Ющенко в очередной раз обещал сделать все возможное для восстановления полноценных отношений между Киевом и Москвой. Насколько сегодня, с вашей точки зрения, вообще можно верить украинским политикам? Особенно после наделавшей много шума газовой декларации, которую недавно подписали Киев и Брюссель.

Наши отношения с Украиной - это отношения огромной важности. Два братских народа, которые связаны и будут, я убежден, на долгие-долгие годы вперед связаны огромным количеством уз, конечно, должны жить в максимально комфортных условиях для общения на всех уровнях - от экономики до чисто человеческих, семейных отношений. Мы стараемся именно так развивать наши связи и очень не хотим, чтобы они отягощались искусственно создаваемыми проблемами.

Не хотим, чтобы договоренности, которые заключаются с украинскими коллегами, затем задним числом пересматривались. Примеров тому, к сожалению, немало. Это и соглашение о так называемом "нулевом варианте", когда все бывшие республики Советского Союза договорились о том, что Российская Федерация берет на себя все активы бывшего Советского Союза и за это расплачивается по всем его долгам. Россия, кстати, уже расплатилась по всем долгам, в том числе 14 миллиардов долларов было заплачено в счет доли Украины в долге Советского Союза. Но соглашение о "нулевом варианте" так и не ратифицировано украинским парламентом.

Другой пример - договоренности по Азово-Керченской акватории, в соответствии с которыми необходимо разработать механизмы совместного использования Керченского пролива. Теперь наши украинские коллеги настаивают на разграничении в Керченском проливе, хотя это противоречит упомянутым договоренностям о совместном использовании этой акватории, жизненно важной для Российской Федерации.

Ну и совсем свежий пример - январь этого года. После долгих переговоров, зигзагов, приездов-отъездов подписаны долгосрочные договоренности о поставках российского газа на Украину и транзите российского газа через Украину. Конечно, с этими договоренностями никак не стыкуется та декларация, которая была подписана между Евросоюзом и Украиной в Брюсселе 23 марта.

Эта декларация готовилась без нашего участия. О ее подготовке мы узнали в последний момент, и то случайно. Нас никто не собирался информировать. На вопросы, которые мы стали задавать еще до подписания декларации, ответов не последовало. Мы, кстати, потом выяснили, что и большинство стран - членов Евросоюза узнали об этой декларации уже по факту ее подписания и оглашения. Я уж не говорю об энергетических компаниях Западной Европы, которые являются основными партнерами "Газпрома". В итоге мы вынуждены были отложить планировавшееся на этой неделе заседание Комитета по экономическому сотрудничеству, которое возглавляют председатели правительств России и Украины, чтобы разобраться во всем произошедшем.

Я привел лишь три примера, но их гораздо больше. В таких условиях трудно вести разговоры и всерьез о чем-либо договариваться. Надеемся, что на украинской стороне понимают необходимость избегать подобных ситуаций и все-таки руководствоваться тем, о чем мы договариваемся. Иначе очень трудно планировать совместную работу в рамках отношений двух таких крупнейших друг для друга партнеров, какими являются Россия и Украина. Очень хотим, чтобы эти отношения были дружественными, взаимовыгодными и опирались исключительно на интересы наших стран и народов.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.