Михаил Демурин: Что не так со словами "цена победы"?

Москва, 5 марта 2009, 21:54 — REGNUM  

Дискуссия по поводу фильма НТВ "Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова" способствовала кристаллизации давно зревшего во мне внутреннего сопротивления словосочетанию "цена победы". Эти два слова, вырванные из разных строк одной хорошей песни, стали в последнее время почти разменной фразой в публицистике о Великой Отечественной войне. Даже если говорить о "Победе" с большой буквы и вести речь обо всей Великой Отечественной войне, это словосочетание, уверен, не вмещает полностью всего того, за что отдали жизнь более 27 миллионов наших соотечественников.

Это тем более так, если говорить о происходившем в 1941 - 1943 годах. В бессмертном стихотворении А.Твардовского "Я убит подо Ржевом", к которому, надеюсь, в эти дни обратились и обратятся многие, сказано: "И у мёртвых, безгласных, / Есть отрада одна: / Мы за родину пали, / И она - спасена". Создавая подобные шедевры, поэты творят энергиями Духа Святого. Таким образом, свыше нам напоминают: на полях тех сражений наши предки погибали "не ради славы - ради жизни на земле". Они погибали, чтобы остановить вторгшееся в пределы нашей родины воплощение предельной формы человеконенавистничества. Они отдавали свои жизни, чтобы не допустить порабощения и уничтожения своих близких и своего народа. Это был в прямом смысле слова смертный бой. Малые и большие военные победы в этом бою, продолжавшемся 1418 дней, были важны не сами по себе, а как средство одержать верх в гораздо более значимом противостоянии, чем противостояние двух армий. Павшие в нём - это цена спасения нашей страны и всего мира.

Есть в проблеме потерь Великой Отечественной войны и другой очень важный, на мой взгляд, аспект. Они даны нам Божьим промыслом, чтобы мы никогда не возгордились от этой победы, но и никогда не забыли, что она - была. Как не забыли и того, чего стоит нации не дать поработить себя, если ты не готов к войне ни духовно, ни морально, ни физически. И вопрос о политическом режиме того времени, сам по себе важный для осознания падений и взлетов нашей истории, в данном контексте становится очевидно второстепенным.

Когда смотришь на число погибших в годы Великой Отечественной войны под этим углом зрения, понимаешь всю ущербность рассуждений типа: имярек чего-то "не учёл", а этот - "не обеспечил", а тот - "бросил солдат в мясорубку". У каждого профессионала, в том числе военного, своя мера вины за непрофессионализм. Могут быть такие вопросы и к Г.К.Жукову. Уверен, однако, что выдвигать против него и вообще того поколения какие-либо обвинения может либо тот, кто стоял рядом и действовал лучше, либо тот, кто в своей жизни на другом поприще сделал что-то сопоставимое с участием в величайшей из мировых войн. Заметьте, такие люди, как правило, не обвиняют других полководцев, командиров, рядовых солдат как сделавших что-то "не должным образом".

Фильм А.Пивоварова несёт в себе ещё один внутренний посыл. Он содержится в кадрах и комментариях, свидетельствующих о массовых военных преступлениях немецких войск (лагеря смерти для военнопленных, бомбардировки медсанбатов, убийства мирных жителей). А также в том, что на этом фоне с экрана говорят русскому зрителю немецкие участники ржевского противостояния: "Русские были нашими врагами..." (у нас, напомню, до сих пор принято считать, что нашими врагами в той войне были не немцы, а "фашисты"); "мы защищали свою родину, выполняли свой долг как граждане Германии..." (видимо, забыли, на чьей территории они находились непосредственно во время Ржевской битвы и какой приговор был вынесен Нюрнбергским трибуналом германской военной машине, государственной идеологии и политике Третьего рейха).

Примечательно, что они "сокрушаются" по поводу того, что с советской стороны "людей (в смысле, солдат), как скот, загоняли на убой", но не вспоминают, что "граждане Германии" держали "как скот" и уничтожали в концлагерях миллионы мирных граждан СССР и других стран, что они использовали мирных жителей в качестве живого щита во время боевых действий в тылу и на фронте, что сотнями тысяч "загоняли" их на принудительные работы в Германию. Всё это не может не вызвать должного негодования у любого нормального человека. Не может не пробудить мысль о том, насколько слаба сегодня наша страна, что нам, повторю, не боятся говорить подобное с экранов! Да и о состоянии умов в сегодняшней Германии рассуждения немецких участников фильма говорят весьма красноречиво...

Отблески опасений, правда, у воевавших под Ржевом немцев присутствуют. Они вспоминают о том, что прекрасно понимали: советские войска были изнурены тогда гораздо больше, чем немецкие. Жертвенность русских в наступлении они называют безумием. Мысль о "бессмысленных потерях", казалось бы, всё ещё сидит у них в головах. Но это впечатление остаётся у зрителя только до тех пор, пока один из немцев не признаёт: в какой-то момент при всех этих обстоятельствах они "почувствовали, что когда-то разобьют и нас".

Фильмом "Ржев" - волею автора или вопреки оной - "боеспособную" мужскую часть народа России как бы поставили рядом с русскими военнопленными у гроба не сдавшегося врагу генерала Ефремова (есть в фильме такие кадры), а по большому счёту - у огромной братской могилы всех павших и под Ржевом, и в других битвах Великой Отечественной войны. Стоя на этой "последней пяди" и зная, по Твардовскому, что "мёртвых проклятье - эта кара страшна", мы должны дать себе ясный отчет в реальном состоянии нашей армии, нашей экономики, наших международных позиций, наших умов, нашего духа и воли. Не позавчера, а сегодня и завтра. А потом ответить на простой вопрос: "Мы хотим, чтобы наши женщины вновь стирали грязное исподнее оккупантов?".

Михаил Демурин, публицист.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.