Приоритетом для Белоруссии остаётся Россия, но отношения с Западом наращиваются по полной: интервью Юрия Шевцова

Гагра, 13 февраля 2009, 19:44 — REGNUM  

В последний месяц в российско-белорусских отношениях произошёл целый ряд знаковых событий. Состоялись заседание Высшего госсовета Союзного государства, саммиты ОДКБ и ЕврАзЭС, итогом которых стало заключение ряда серьёзных договорённостей. В интервью ИА REGNUM белорусский политолог, директор Центра по проблемам европейской интеграции (Минск) Юрий Шевцов анализирует характер новых двусторонних соглашений, а также рассказывает о проблемах в отношениях Белоруссии с Россией и Западом.

ИА REGNUM: На этой неделе министр иностранных дел Белоруссии Сергей Мартынов сделал ряд заявлений. В частности, он подтвердил стремление Белоруссии участвовать в европейской программе "Восточного партнёрства" и отметил готовность Минска к улучшению отношений с США. Было также много сказано о развитии контактов с западным миром. Каково основное политическое значение этих заявлений?

Мартынов - это просто очень дисциплинированный чиновник. Он не является даже относительно самостоятельной, насколько это возможно при нашей системе власти, политической фигурой. Его заявления - это не его личная позиция, это очень выверенная позиция Александра Лукашенко. Так это и надо рассматривать. Теперь о том, что касается самих его высказываний. Программа "Восточного партнёрства", прежде всего, с точки зрения прагматизма - достаточно слабая программа, тем более, что она ещё окончательно не утверждена, а только обсуждается. В любом случае, обсуждение в Европейском союзе касается выделения через эту программу небольших сумм - что-то на уровне двух с половиной или четырёх миллиардов долларов для всех стран, к которым она будет применяться. То есть, здесь речь идёт не о попытке получения каких-то средств, а о политическом акте, когда Белоруссия через участие в этой программе выйдет за рамки дипломатической изоляции, которая многие годы осуществлялась по отношению к Минску со стороны ЕС. Сейчас санкции против Белоруссии всего лишь приостановлены, а если Белоруссия будет участвовать в "Восточном партнёрстве", то это будет означать полный выход из режима санкций. Пройдут саммиты, начнутся другие контакты. В этом и состоит главный смысл участия в "Восточном партнёрстве". Что касается в целом отношений Белоруссии и Запада, то этот курс сейчас и не скрывается. Приоритетом, безусловно, остаётся Россия, Союзное государство и всё, что с этим связано, но отношения с Западом наращиваются по полной. Однако они наращиваются с очень низкого уровня. У Белоруссии с Западом до сих пор даже близко нет того уровня отношений, который есть у Запада с Россией. Например, у нас около года назад были удалены из страны почти все дипломаты американского посольства. Сегодня их в Белоруссии всего около пяти человек, и посольство возглавляется не послом, а временным поверенным. Элементарная нормализация отношений начинается с очень низкого, конфликтного уровня. С Европейским союзом до таких резкостей не доходило, но отношения, опять же, начинают развиваться в конфликтных условиях, когда существуют до конца не отменённые санкции, и так далее. Поэтому я думаю, что, хотя заявления, подобные тем, которые делает Мартынов, выглядят шокирующе, на самом деле они ни о чём действительно шокирующем не свидетельствуют.

ИА REGNUM: Теперь о том, что касается российско-белорусских отношений. После того, как в Москве прошли заседание Высшего госсовета Союзного государства, саммиты ЕврАзЭс и ОДКБ, Лукашенко заявил, что белорусская делегация покидает Россию в очень хорошем настроении. Однако позднее много говорилось о том, что достигнутые договорённости лишь фиксируют на бумаге то, что и так фактически существует уже многие годы - в частности, речь идёт о единой системе ПВО. Каково реальное значение заключённых в Москве соглашений? Как можно охарактеризовать ситуацию с российскими кредитами для Белоруссии?

Высший госсовет был очень действенным. Я не думаю, что достигнутые там договорённости, в том числе, и по единой системе ПВО, являются какой-то мелочью. Ко всему этому прилагается очень большой пакет, который имеет для Белоруссии огромное значение. Первое. Было фактически подтверждено получение второго миллиарда долларов российского кредита, который был выделен в конце прошлого года. Мировой кризис достаточно сильно ударил по позициям экспортёров, и надо поддерживать финансовую систему, поэтому сейчас идёт набор внешнего долга. Потом началось движение по ещё одной просьбе к России - о выделении 100 миллиардов рублей либо в виде инвестиций в белорусскую инфраструктуру (России предложено инвестировать эти средства в развитие транспортных коридоров по территории Белоруссии), либо в какой-то другой форме. Но вопрос поставлен, и он обсуждается. Помимо этого, в той или иной форме решается важный для Белоруссии вопрос о создании нефтяного холдинга в составе белорусских нефтеперерабатывающих предприятий и российских партнёров. Для Белоруссии холдинг выгоден, прежде всего, тем, что, как ожидается, в его рамках будут сняты таможенные пошлины на вывоз из России в Белоруссию российской нефти. Также обсуждается вопрос о создании холдинга в области автомобилестроения. У Минского автомобильного завода есть проблемы, и с помощью соответствующего российско-белорусского объединения многие из этих проблем могут быть сняты. У нас также произошло большое сближение по вопросу строительства атомной электростанции. Уже определено, что АЭС на территории Белоруссии будет строить российская сторона, и, соответственно, Россия будет кредитовать это строительство. Это обычная мировая практика, но в ситуации, которая сложилась в ходе мирового кризиса, для Белоруссии эта стройка имеет особый смысл. В связи с кризисом, данная инициатива приобрела ряд дополнительных аспектов. Одним из таких аспектов стало место, где её будут строить. Речь идёт о так называемой Островецкой площадке в северной части Белоруссии вблизи границы с Литвой. Это имеет очень важное региональное значение, поскольку в конце 2009 года Литва должна вывести из строя Игналинскую АЭС, и, соответственно, в Литве, Латвии и Калининградской области образуется огромный дефицит энергии. Этот дефицит Литва предполагает покрыть за счёт строительства на месте Игналинской АЭС новой, современной атомной электростанции. Но, даже если это произойдёт, новая станция вступит в строй позже предполагаемого введения в эксплуатацию АЭС на территории Белоруссии. А в случае, если сбоев в её строительстве не будет, литовцы, возможно, вообще не станут возводить Игналину-2. Поэтому подтверждение со стороны России момента с кредитованием и строительством атомной электростанции в Белоруссии очень удачно накладывается на региональное стечение обстоятельств. Также обсуждался важный вопрос о транзите российского электричества от Смоленской АЭС через Белоруссию в Литву и Латвию. Здесь есть проблема. В конце 2009 года в регионе образуется огромный энергетический дефицит, который реально покрыть можно лишь двумя путями: либо перебросив энергию через Белоруссию в Прибалтику с Хмельницкой АЭС на Украине, либо со Смоленской АЭС туда же. Пока что не определено, что именно там будет, однако движение в этом направлении есть, и оно имеет стратегический характер. Экономика Литвы и Латвии и так сильно ослаблена мировым кризисом, и если Литва к тому же потеряет 70% электроэнергии в связи с закрытием Игналинской АЭС, то можно лишь представить, что там произойдёт. Здесь есть движение, и это движение также имеет большое региональное значение. С результатами Высшего госсовета и других мероприятий в Москве также связан ряд инициатив, касающихся военно-промышленного комплекса и обновления белорусских вооружённых сил. Создание единой системы ПВО делает неизбежным получение Белоруссией и далее российской военной техники по внутрироссийским ценам. Очень важным представляется то, что теперь на вооружении белорусской ПВО в рамках единой системы могут оказаться самые современные российские комплексы. Кроме того, сама эта система объективно возобновляет российский ядерный зонтик над Белоруссией, потому что российское ПВО в крайних случаях предусматривает применение ядерного оружия именно в рамках самой ПВО. Поэтому простой росчерк пера о создании единой системы ПВО на самом деле имеет огромное политическое значение. К тому же, в рамках модели этой единой системы у нас ожидается загрузка белорусского ВПК российскими заказами. Как видите, речь идёт о том, что в последние месяцы, несмотря на все споры и свары, по факту сближение двух стран идёт очень глубокое.

ИА REGNUM: Однако сейчас были перечислены выгоды, которые в результате достигнутых соглашений получит Белоруссия. Что в экономическом и политическом плане получает Россия?

Прежде всего, Россия получает не ушедшую на Запад Белоруссию. А это значит, что на западной границе не сомкнётся единый антироссийский блок, куда уже входят Прибалтика, Украина и Грузия. Ведь угроза возникновения такого блока существует, и она стоит очень остро. Пока Белоруссия входит в это пространство между морями клином, этот блок является, в основном, политической декларацией. Но стоит Белоруссии войти в этот блок, сразу же заработают другие проекты, которые превратят его в реальное экономическое и политическое пространство. А эти проекты обсуждаются у нас очень широко. Незадолго до высшего госсовета в Чернигове состоялась встреча Ющенко и Лукашенко, где были озвучены соответствующие предложения со стороны Украины. Соответственно, первое, что получает Россия, это то, что такого блока не возникает, и Москва не втягивается в масштабное противостояние по всей линии своей западной границы. Второе, что получает Россия от углубления своих отношений с Белоруссией - это то, что, в общем, всегда и имелось. Белорусские предприятия, если они функционируют, являются составными частями технологических цепочек, основная масса которых расположена на территории России. Соответственно, все рабочие места на российской территории, связанные кооперационными связями с Белоруссией, никуда не уходят. Обычно считается, что в России до 10 млн занятых в той или иной степени получают свои рабочие места за счёт кооперационных связей с Белоруссией. Российско-белорусское сближение открыло возможности к открытию таких больших проектов, как строительство АЭС. И если этот проект кредитуется Россией, значит, она получит назад свою выгоду. По сути, это является вхождением российского атомного бизнеса на новое пространство, где раньше его не было. По остальным пунктам примерно то же самое. У нас огромный товарооборот, больше, чем у России с Украиной или с Казахстаном. Всё, что способствует этому товарообороту, экономически выгодно России. Также новые возможности, которые сегодня есть у Белоруссии в портах Литвы и Латвии, помогут загрузить эти порты и российскими товарами. Сейчас для наших стран также будет больше пользы от таможенного союза с Казахстаном.

ИА REGNUM: Вы говорите, что Россия получает не ушедшую на Запад Белоруссию. При этом Минск интенсифицирует контакты с Западом для того, чтобы, по вашим словам, выйти из международной изоляции. Всё-таки, до какой степени эти контакты будут развиваться? Как из Минска видится будущий уровень отношений между Белоруссией и Западом?

Главное событие, которое ждёт Белоруссию в ближайшие два года, - это президентские выборы. Они должны состояться, скорее всего, в конце 2010 года или в самом начале 2011 года. Первая и самая главная задача белорусской власти состоит в том, чтобы эти выборы были признаны Западом. Это не Бог весть какая проблема на фоне того, как Запад сейчас обрадовался нормализации отношений с Белоруссией, и, скорее всего, выборы будут признаны. Но простое признание результатов этих выборов - это просто форма нормализации отношений, а не уход на Запад. Поэтому на ближайшее время главной задачей остаётся признание выборов.

ИА REGNUM: В свете этого, может ли Белоруссия в апреле признать Абхазию и Южную Осетию?

Я в этом сомневаюсь. Вопрос о признании этих двух стран находится в общем алгоритме тех линий, которые Белоруссия сейчас проводит и в отношениях с Россией, и в отношениях с Западом. Есть моменты, препятствующие признанию Абхазии и Южной Осетии в апреле. В этом месяце заканчивается полугодовой срок приостановки дипломатических санкций ЕС против Белоруссии. ЕС должен принять решение или об их возобновлении, или о продолжении приостановки. Как раз весной должен состояться саммит по "Восточному партнёрству". К тому же, до апреля осталось не так уж много времени, и не факт, что те российско-белорусские договорённости, которые я перечислял, будут выполняться без сбоев. А раз будут сбои, то Белоруссия будет заинтересована в кредитах на Западе. Уже были поданы заявки во Всемирный банк и в Европейский банк реконструкции и развития. Поэтому я думаю, что, скорее всего, в апреле по какой-нибудь процессуальной причине признания не произойдёт. А вот в осеннюю сессию Верховного Совета этого признания вполне можно ожидать. К тому моменту уже будет ясно, до какой степени доходит сближение с Западом. К концу этого года мы выходим на начало президентской кампании, и будет ясно, чего в ходе данной компании можно ожидать от Запада. Также к концу года будет ясно, выполняются ли соглашения с Россией. Тогда, скорее всего, Абхазия и Южная Осетия будут признаны.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.