США самих можно включить в список "стран-изгоев": интервью главы МИД Абхазии Сергея Шамба

Гагра, 30 сентября 2008, 01:06 — REGNUM  

ИА REGNUM: Г-н министр. Весь мир внимательно наблюдал за событиями в регионе в августе 2008 года. Сегодня возникла новая ситуация. Обрисуйте ее, пожалуйста. Как быть дальше с Грузией? Намерена ли абхазская сторона строить какие-либо взаимоотношения, или разговор окончен?

События в регионе уже получили всеобщую оценку, и здесь я, наверное, ничего нового не скажу. Очевидные для всех факты. Произошли серьезные изменения в картине международных отношений, в картине мирового распределения сил.

Потрясения, связанные с переустройством мировой системы, наблюдаются в течение длительного периода времени - начиная с 90-х годов. Картина не вырисована четко и сегодня. Предлагались различные варианты и возможности, был период, когда, казалось, устоялась однополярная система, однако произошедшие на Кавказе события окончательно продемонстрировали, что эта модель была далека от окончательной фиксации. Россия заявила о себе как о серьезном центре силы, с которым необходимо считаться. Все эти годы предпринимались попытки игнорировать Россию, вытеснить ее из ряда главных игроков на международной арене. Данные попытки привели к тому, что ситуация в отдельных регионах и, в частности, граничащих с Россией, начала обостряться. В первую очередь, обострение было связано с попыткой стран НАТО воспользоваться слабостью и пассивностью российской политики, и активизировать свои действия буквально в ближайшем окружении России. Это как раз и довело ситуацию до критической точки кипения. И в нашем кавказском регионе, где происходила острая борьба за влияние, произошел взрыв.

Совершенно очевидно, что в этой игре, помимо внутренних сил Абхазии, Грузии, Южной Осетии и других стран региона, были и важные внешние игроки, которые боролись здесь за свои интересы. В этой ситуации мы считаем, что ошибка Грузии была в том, что она играла не в свою игру, пытаясь реализовать, хотя, как ей казалось, завуалированно, не свои собственные интересы. На самом деле, предпринималась попытка вытеснить из региона ближайшего соседа, партнера, который в течение столетий здесь доминировал и, развивая взаимоотношения с которым, можно было благоприятно и благополучно решать проблемы, связанные с безопасностью и экономическим развитием всего региона. Вместо этого Грузию начали использовать с тем, чтобы вытеснить Россию, а вместо нее затащить в регион совершенно нетрадиционного игрока - США.

Насколько это соответствовало интересам России? Насколько это соответствовало интересам самой Грузии? Я думаю, что объективная оценка состоит в том, что такая политика не была в интересах ни одной из сторон. Вот и произошло то, что должно было произойти. Конечно же, это приведет к переосмыслению интересов и политики грузинской стороны, конечно же, с учетом и оценкой тех грубых ошибок, которые уже были допущены. Наверное, в Грузии когда-то придет к власти такая команда, которая даст реальную оценку и произошедшим событиям и своей перспективной политике.

Вместе с тем, удивительно, но факт, мы видим, что в Грузии на протяжении столетий так и не сложилась благоприятная ситуация, когда власть реалистично воспринимает региональную ситуацию. Когда это произойдет? Наверное, когда-нибудь да и случится такое. Вот тогда и возможно будет вести конструктивный диалог. Потому что все наши предыдущие попытки разговаривать с Грузией всегда упирались в то, что мы видели перед собой нереалистичного партнера. Мы даже предупреждали их, что это может привести к краху, что и произошло в итоге...

Так что нам остается ждать переосмысления и появления осмысленного партнера, который будет исходить из собственных интересов, реалистично оценивать ситуацию, думать о стабильности в регионе, а не о реванше. В перспективе диалог может быть возобновлен, потому что мы соседи, потому что живем в сложном регионе, где надо договариваться, а не бряцать оружием. Мы всегда отстаиваем свои интересы, а не чужие. И мы не сегодня начали борьбу за независимость, борьбу вели еще наши предки, и в этой борьбе столкнулись с агрессивным грузинским режимом, который не способен разговаривать на равных, который на протяжении всей истории исходил из позиции силы, а не дипломатии и компромисса. Менялись лишь формы силового давления, но такая политика оставалась.

В нашей борьбе мы искали союзников. Мы поддерживали дружеские отношения со всеми нашими соседями, в первую очередь с Россией. Именно с ней у нас длительная история взаимоотношений, самая протяженная граница, которая дает большие возможности для экономического сотрудничества и развития. Это традиционные отношения. Разве есть какой-либо смысл идти против традиций, как делала Грузия, и ломать эти отношения? Во имя чего? Мы выбрали другой путь - путь целенаправленной традиционной политики, которая соответствовала нашим целям. И всякие попытки изобразить нас лишенными приоритетов и национальных интересов, как это стараются делать в Грузии, представить нас проводниками интересов Кремля и т.д., аморальны, хотя и нашли поддержку на Западе. Там многие поверили в том, что Грузия маленькая страна, борется за свою независимость, а вот Москва использует абхазов и осетин для того, чтобы помешать Грузии, не дать ей построить демократическое государство. Там совершенно не хотят увидеть и поверить в то, что это именно Грузия стремится подавить малые народы, что это именно у Грузии конфликт со всеми этническими группами.

В Грузии вот уже сто лет продолжается ротация режимов - после распада российской империи это были меньшевики, потом большевики, потом пришли националисты - Гамсахурдиа, потом Шеварднадзе - "демократы", потом нынешние - "неодемократы". И что? В отношении Абхазии всегда была одна и та же политика - силовая. Поэтому мы пока не видим в Грузии таких политиков, которые осознали бы необходимость восстановления доверия, а не территории. А всякая политика, лишенная доверия, будет опираться на силу и принуждение.

ИА REGNUM: Вы рассматриваете перспективу вступления Грузии в НАТО и дислокацию в регионе американских баз, например?

Мы не исключаем такого поворота событий, хотя это было бы полным абсурдом, это противоречило бы самим принципам этой организации. Но, как говорится, ничего исключать нельзя. Ну, если в Грузии будут стоять войска НАТО, то и здесь по реке Ингур пройдет граница. Мы подписали договор с РФ о взаимной помощи, в том числе и в военной сфере, сейчас готовится Договор о военном сотрудничестве, в котором будет заложена возможность дислокации на нашей территории российских военных баз. Нас очень интересует российское военное присутствие здесь, поскольку мы фактически впервые в своей истории получаем надежные гарантии безопасности. Присутствие российских войск дает нашему обществу надежду на то, что, наконец, войны больше не будет в нашей истории. И вслед за этим открываются совершенно новые возможности для экономического развития и процветания. Стало очевидным, что Россия будет гарантировать безопасность Абхазии, интерес бизнеса не только российского, но и зарубежного резко возрос. В ближайшее время мы уверены, что поток инвестиций резко возрастет. Это главные задачи, которые стоят перед любым руководством - обеспечить гарантии безопасности и экономическое процветание.

ИА REGNUM: Сегодня грузинские военные покинули Верхнюю часть Кодорского ущелья. Вы можете сказать, там сейчас будет проходить граница?

Конечно, граница между Грузией и Абхазией.

ИА REGNUM: То есть, абхазской стороне отошла только верхняя часть Кодора?

Да.

ИА REGNUM: Никаких иных частей или населенных пунктов в ущелье абхазская сторона не брала под свой контроль?

Нет.

ИА REGNUM: В Гальском районе опять напряженная обстановка. Какого ваше видение решения данной проблемы? Как быть с людьми грузинской национальности, которые захотят вернуться в Абхазию и жить здесь?

Мы с самого начала заявляли о том, что мы возвращаем людей, пострадавших от войны, и у нас есть подписанные Соглашения, в соответствии с которым мы выполняем эти договоренности. В Гальский район вернулись все, кто хотел вернуться.

ИА REGNUM: А в остальные районы?

Мы изначально говорили, что возвращение будет происходить на первом этапе в Гальский район, потому что это район компактного проживания грузинского населения, где в большей степени можно было обеспечить безопасность. И даже этот процесс был сопряжен с сложностями, которые мы честно старались решать. Их возвращению препятствовали грузинские вооружение отряды, которые дестабилизировали обстановку в Гальском районе. Это отмечено в специальном исследовании ООН и ОБСЕ. Там прямо сказано, что действия вооруженных грузинских отрядов были направлены на запугивание возвращающегося населения, минирование, убийство людей. Их задача состояла не в том, чтобы обеспечить возврат граждан, а чтобы продемонстрировать, что абхазские власти не контролируют ситуацию, и на этом основании требовать создания международной администрации Гальского района. Так и записано в этом исследовании.

Вся ситуация, которая складывалась все эти годы в Гальском районе, была предопределена именно действиями этих отрядов. В период их пассивности ситуация в районе стабилизировалась и наоборот. Сейчас мы знаем, что у грузинских спецслужб есть желание опять призвать на службу эти отряды. И это уже сделано - активизированы около 150 человек из таких террористических отрядов, как "Лесные братья" и "Белый легион". Глава МВД Грузии заявил, что в приграничном с нами Зугдидском районе Грузии будет располагаться грузинский спецназ. Ясно для чего это делается, он будет заниматься терроризмом и диверсиями. В этой связи у нас есть большие опасения, о чем мы заявили всем посредникам в процессе урегулирования. Конечно, будем принимать соответствующие меры. У нас есть гарантии Европейского Союза в том, что Грузия не будет предпринимать силовых действий в отношении Абхазии. Есть письмо, которое было направлено президенту России Дмитрию Медведеву европейскими руководителями Бароззу и Соланой. Их в свою очередь заверил президент Грузии, что он не применит силу в отношении Абхазии. Все это будет лежать в основе нашего дальнейшего взаимодействия с международным сообществом.

ИА REGNUM: А не рассматривался ли вариант создания зоны безопасности между Абхазией и Грузией?

Во-первых, такая зона уже была обозначена в соответствии с Московским соглашением о разъединении сторон. Но после того, как Грузия вышла из этого соглашения и отказалась от посредничества миротворческих сил РФ, ситуация изменилась. Московское соглашение уже не действует фактически. Мы будем об этом договариваться. У нас есть свои предложения о том, как это сделать. Мы считаем, что есть план, согласованный президентами России и Франции, там говорится об этой зоне. Мы считаем, что угроза безопасности всегда исходила от Грузии, поэтому такая буферная зона безопасности должна быть создана на левом берегу реки Ингур, на грузинской территории, там должен проводиться мониторинг наблюдателями из ЕС. Вместе с тем, мы за то, чтобы ООН присутствовала здесь с учетом изменившейся ситуации и адаптации ее мандата. Миссия ООН могла бы также контролировать ситуацию в этой зоне и информировать абхазскую сторону о состоянии безопасности в этом регионе в соответствии с теми гарантиями, которые президент Грузии дал представителям Европейского Союза. В то же время миссия ООН могла бы продолжать осуществлять некоторые уже традиционные функции на территории самой Абхазии - это мониторинг ситуации с защитой прав человека, всякие образовательные программы, расследование политически мотивированных преступлений, обмен информацией о криминальных действиях и многое другое. То есть, ее функции должны быть адаптированы к изменившейся ситуации. Мы считаем, что она не может называться "Миссией ООН по наблюдению в Грузии".

ИА REGNUM: Как вы расцениваете активизацию Турции на Кавказе. К чему это может привести? Турция - традиционный игрок, определенный период вела себя очень тихо, а сейчас вот активизировалась. Ожидаете ли признания независимости Абхазии со стороны Анкары?

Я уверен в том, что Турция когда-нибудь признает Абхазию, вопрос лишь во времени. Признание нашей независимости Россией дает нам возможность решать наши главные задачи - безопасность и экономическое развитие. Все остальное можем делать спокойно, не торопясь, продолжая дипломатическую работу.

Конечно, мы заинтересованы в том, чтобы соседи по региону признали нас. Турция в течение длительного периода времени не реализовывала собственную политику в этом регионе. Она играла в общей натовской команде. И то, что происходит сегодня, дает надежду на то, что Турция будет более самостоятельной. Очевидно, и там есть определенное разочарование действиями НАТО, поэтому Анкара, как представляется, намерена развивать самостоятельный диалог с Россией. Мы считаем это положительным фактором, поскольку это главные действующие лица в Черноморском регионе. И внезапное появление в черноморских водах кораблей ВМС США, я думаю, получило неоднозначную оценку в Турции. Поэтому мы видим, что страны региона начинают искать пути взаимодействия, нацеленного на обеспечение безопасности в этом регионе. Активное внедрение внешних сил со своими правилами и интересами, прямо скажем, данной цели не очень-то и способствует. Надеемся, что и наш новый сосед - Европейский Союз, также начнет играть позитивную роль. Повторяюсь, в черноморском бассейне главные действующие лица - это Россия и Турция. Стабильность в регионе, в большей степени, зависит от них.

ИА REGNUM: Договорятся ли Москва и Анкара? Как вы думаете?

Я думаю, что там, где интересы определяются здоровым прагматизмом, там, конечно, будут договариваться. Тем более, что и в России, и в Турции сегодняшнее руководство мыслит масштабно. Поэтому, я надеюсь, результат будет. Он уже есть, мы видим обнадеживающие действия.

ИА REGNUM: Поступают ли сигналы от стран, не входящих в пророссийский блок, о готовности обсуждать вопрос признания независимости Абхазии?

Да. Такое обсуждение идет. Когда признавали Косово, то команда была дана сверху. А здесь такого нет, каждый самостоятельно принимает решение. Можно спокойно согласовывать с национальными парламентами. Подождем-посмотрим. Мы знаем, что этот вопрос обсуждается во многих странах.

Понимаете, опять-таки по подсказке Вашингтона навешаны ярлыки. На кого-то повесили ярлык "изгоя", на кого еще что-нибудь... Мы, конечно же, не должны исходить из этих подходов. А если исходить, то, как показывают опросы, сегодня в трех странах мира позитивно относятся к США - в Нигерии, Танзании и еще где-то... И их роль в международных процессах также оценивается негативно. С тем же успехом США можно включить в список "стран-изгоев". Вместе с тем, нас уже официально признала Никарагуа - одна из стран Центральной Америки, которую нельзя назвать авторитарной. Это демократическое государство, пользующееся авторитетом. Будут и другие страны.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.