"Мы не сможем больше это терпеть": встреча Дмитрия Медведева с участниками клуба "Валдай"

Гагра, 13 Сентября 2008, 02:48 — REGNUM  

12 сентября президент России Дмитрий Медведев провел встречу с участниками международного клуба "Валдай". На официальном сайте главы российского государства опубликована стенограмма состоявшейся беседы. ИА REGNUM публикует наиболее примечательные заявления Дмитрия Медвева.

Президент, в частности, ответил на вопрос эксперта из Италии о том, что изменилось с точки зрения России после войны на Кавказе и признания Абхазии и Южной Осетии.

Д.М.: Думаю, что уроки кавказских событий последнего периода для значительной части граждан нашей страны, и не только нашей, по сути, означают утрату оставшихся иллюзий того периода, который состоялся после возникновения России как самостоятельного государства...

Я не думаю, что биполярная система мира, существовавшая в период противостояния между НАТО и Варшавским договором, имеет какие-то перспективы на будущее. Но совершенно очевидно и то, что сегодня так называемая однополярная система доказала свою абсолютную неспособность справиться с кризисами. Посмотрите, что произошло. Одно маленькое, но гордое государство не только занималось укреплением собственной экономики и "развитием демократии", что, наверное, было бы абсолютно правильным, но и в течение ряда лет накачивало военную мускулатуру для того, чтобы в один спокойный день, который традиционно человечество проводит без войны, осуществить абсолютно циничную, кровопролитную вылазку, причём под лозунгом восстановления конституционной справедливости в отношении того народа, который уже достаточно давно сказал, что не может жить в одном государстве. Но сделано это было не самостоятельно, а после достаточно серьёзной подготовки, моральной, материальной и военной поддержки, которые были оказаны этому государству со стороны другого очень крупного государства, претендующего на то, чтобы устанавливать основные правила миропорядка.

Что произошло дальше? Авантюра провалилась, погибли люди, большое количество людей, и наших граждан, и граждан Грузии. И что, эта система сработала? Нет, наоборот, все застыли в недоумении: что же делать-то теперь? Поэтому, на мой взгляд, уроки кавказского кризиса, конечно, будут анализироваться долго и вами, как выдающимися специалистами в этой сфере, и военными аналитиками, и действующими политиками. Но для меня лично, как и для значительной части российского общества, это утрата последних иллюзий по поводу надёжности действующей системы безопасности в мире. Мы обязаны создать другую систему безопасности. В противном случае мы не застрахованы от того, что в какой-то момент опять "сорвёт крышу" у очередного Саакашвили, и он сделает то, что было сделано в августе. И снова придётся платить за это высокую цену...

Дмитрию Медведеву был задан вопрос относительно резкого падения котировок российского фондового рынка...

Д.М.: Вы знаете, я хотел бы начать с того, что всякие конфликты, конечно, создают проблемы для экономики. Это очевидная вещь. Но, когда приходится выбирать между защитой жизни людей и защитой экономических ценностей, Вы понимаете, в какую сторону происходит выбор. Это не пафосные слова, это именно так. Так поступали практически все государства при возникновении проблем, аналогичных той, что произошла в августе месяце. Так поступили и мы. Я специально сказал и ещё раз повторю в этой аудитории: защита жизни и достоинства российских граждан, где бы они ни находились, является центральной задачей Российского государства. Из этого нужно делать только правильные выводы, не создавая каких-то иллюзий или же поводов для беспокойства. Это наша центральная задача...

Я, наверное, скажу достаточно простую вещь: я бы ничего из этого не драматизировал. Россия в силу своего положения, в силу своей роли в мировом разделении труда, в силу своих географических особенностей, интеллектуального потенциала всегда будет очень инвестиционноёмкой страной...

Не думаю, что в мире происходит что-то необычное. Экономика циклична, набор ценностей остается прежним. Обращаю внимание на то, что и в российской Конституции зафиксированы те же самые права и свободы, как и во всём другом цивилизованном мире. Охрана права собственности остаётся одним из высших приоритетов государства. И мы только начинаем сознавать сейчас, насколько важно для нас обеспечить полноценную защиту собственности и российских граждан, и иностранных компаний, иностранных инвесторов в России...

Есть ещё один момент. Мир находится сегодня не в самой лучшей точке своего экономического развития. И, к сожалению, по всей вероятности, мы ещё не прошли нижнюю точку падения. Последние события на американском финансовом рынке, естественно, отразились на всех других рынках. Если говорить, скажем, о вкладе кризисных явлений последнего периода в падение российских фондовых индексов, то я бы оценил этот вклад следующим образом. 75 процентов падения или коррекции фондовых индексов связаны с последствиями международного финансового кризиса и 25 процентов - это наши внутренние проблемы, в том числе и последствия войны на Кавказе....

... ресурс для восстановления показателей российских фондовых индексов стоимости наших компаний очень велик. Две причины. Первая причина заключается в том, что до сих пор акции российских голубых фишек, наиболее привлекательных российских компаний, всё равно, даже на высшей точке, не были оценены в полной мере. Они всё равно недооценённые. И второе. Ввиду того что наш рынок растущий, развивающийся, он в этом смысле более рисковый, чем традиционные рынки, и ему присущи свойства изменчивости, как говорят экономисты, волатильности рынка. И то, и другое не страшно, просто нужно выдохнуть воздух и спокойно продолжать заниматься развитием экономики, то, чем, собственно говоря, мы и занимались....

... Рубль используют в своих расчётах сопредельные с Россией государства. И если мы сможем доказать его привлекательность, я уверен, в ближайшие годы мы сможем превратить его в одну из резервных валют. Тем более что для всех очевидно: мировая валютная система, построенная на приоритете доллара, тоже дала пробоину. Большинство государств сейчас переходит к мультивалютным отношениям. Рубль у нас сегодня тоже привязан не только к доллару, к изменению его курса, но и к евро, это так называемая бивалютная корзина. Чем больше будет валют в корзине, тем устойчивей будет экономическая ситуация....

Был задан вопрос об активизации роли России в делах Ближнего Востока. "Если это так, будет ли это основано на политике Советского Союза на Ближнем Востоке?"

Д.М.: Нет, конечно. Мы не хотели бы проводить на Ближнем Востоке, на Дальнем Востоке и в других местах политику, которую проводил Советский Союз. Нам это ни к чему. Россия - не Советский Союз. И может быть, в этом как раз основное заблуждение, которое мы никак не можем преодолеть. К сожалению, и об этом сказано уже многократно в самых разных местах, но, к сожалению, до сих пор Россия воспринимается не только как юридический правопреемник Советского Союза, но и как его идеологический наследник. А это совсем не так. У России совсем другие ценности. Да, Советский Союз был большим и сильным государством. Значительная часть наших людей родилась еще в Советском Союзе, в том числе и я. Но если говорить об идеологических представлениях, то они совсем другие. Может быть, мы даже до конца еще сами не осознаем, насколько Россия сегодня отличается от Советского Союза. И когда Россия предлагает свои посреднические услуги, миротворческие услуги, мне кажется, к этому не нужно относиться предвзято...

Отвечая на вопрос об угрозе дальнейшего расширения НАТО...

Д.М.:... Я сейчас не хотел бы погружаться в историю, но, я думаю, для всех здесь понятно, что Россия не может себя чувствовать комфортно в ситуации, когда вокруг нее концентрируются военные базы и возникают все новые и новые ракеты и противоракеты. Ну не может она чувствовать себя в этой ситуации комфортно. Понимаете? Когда мне мои коллеги говорят: "Ну а что вы, собственно, волнуетесь, это же не против вас?" Сто раз мы это слышали и от американских наших товарищей, и от европейских. Ну как не против нас, если задачи для стратегических ядерных сил, цели, сами понимаете, где находятся. Точно против нас, никакого другого варианта просто быть не может. Посмотрите, ведь у НАТО было несколько возможностей, как себя повести в 90-е годы. Первый вариант, на который НАТО не пошло, это просто пригласить Россию в НАТО. Испугались. Кстати, зря. Точно сейчас было бы меньше проблем. Испугались того, что Россия, вот такая вся большая, с очень сложными политическими, экономическими процессами, придется принимать какие-то неочевидные решения, а вдруг она еще делиться на части начнет, возникнет противостояние, придется применять силу. Ну, масса других причин. Мне кажется, это была серьезная ошибка.

Вторая ошибка, как мне представляется, заключалась в том, что в НАТО стали принимать по принципу: любая страна, которая проявляет лояльность к блоку, готова хамить России и продемонстрировать базовый набор каких-то достаточно очевидных вещей, имеет право претендовать на присутствие в НАТО. Мы понимаем, какие угрозы создает членство в НАТО для текущего миропорядка в отношении государств, возникших на основе Советского Союза. Мы понимаем, как расколото по этому поводу население ряда этих стран, прежде всего Украину я имею в виду. Мы понимаем, как некомфортно себя чувствуют люди, проживающие в сопредельных регионах.

Единственное, чего мы не понимаем, что может в этом случае получить НАТО? Затащить в военно-политический альянс государства, несколько государств, которые находятся еще в неопределенном состоянии, элиты и население которых расколоты, где не проведены даже элементарные референдумы, касающиеся членства в НАТО, где велика угроза сепаратизма и возникновения новых государств. Какой в этом смысл? Вот только в том, чтобы еще раз приблизиться к России? Я никакого в этом смысла не вижу, от этого НАТО не становится сильнее, от этого состояние дел на планете не становится лучше, напряжение не спадает.

Вот давайте вдумаемся, что было бы, если бы Грузия имела план для членства? Я могу вам сказать. Я как Президент и Верховный Главнокомандующий ни секунды бы не колебался при принятии того решения, которое я принял тогда, ни секунды, потому что мотивы его были бы неизменны. А каковы последствия? Они могли быть на порядок сложнее. На порядок сложнее. Да, план для членства - это еще неокончательное членство, и нападение или военные действия в отношении того или иного государства не приводят в силу известную статью, но последствия были бы на порядок сложнее. Ну что, от этого лучше НАТО было бы? Лучше было бы государствам, которые образовали этот блок? Поэтому мне, как и другим моим коллегам, не нравится эта ситуация, она не справедлива для России, если хотите, она какое-то время назад была просто унизительна для России. Мы не сможем больше это терпеть. Для нас это очень непростой выбор, но мы терпеть это не сможем, и здесь не должно быть никаких сомнений.

Отвечая на вопрос о разочаровании РФ реакцией европейцев и американцев и возможности создания "противобаланса" с другими странами, Дмитрий Медведев рассказал некоторые подробности дня начала войны в Южной Осетии.

Д.М.:... Единственное, что неприятно, я вам скажу откровенно, у меня на войну ушел весь прошлый месяц, а его можно было бы потратить гораздо более продуктивно... Я был в отпуске. И все разговоры, все эти провокации, которые наши грузинские коллеги сегодня делают в отношении того, что Россия готовилась к войне, стягивала силы - все это вранье. Вы знаете, сколько наших миротворцев там было, как по ним начали лупить, что из этого случилось. Я могу вам по часам воспроизвести, что происходило.

Мне в час ночи позвонил Министр обороны, я двигался по Волге, отдыхал как раз, и говорит: "Грузины передали южным осетинам, что они собираются начать войну". Конечно, для меня это не было новостью. Но я думал, что, может быть, это все-таки очередная провокация, пробивка такая, как принято говорить на одном из российских сленгов. И в течение всего периода, пока грузинские войска двигались к территории Южной Осетии - мы же все это наблюдали, - я никаких решений не принимал, надеясь, что у этих придурков хватит все-таки ума остановиться в какой-то момент. Не хватило. В этой ситуации, знаете, надежда умирает последней, как принято говорить. И мы на самом деле терпели до тех пор, пока они не начали ракетный и артиллерийский обстрел города, не начали шарашить из орудий по домам, не начали стрелять в миротворцев. И только после этого, после реального нападения мне пришлось отдать указание о том, чтобы ответить. Я вам могу сказать откровенно, конечно, я эту ночь никогда не забуду. Принимать решение даже об ответном использовании силы - это не самое простое дело. Это рассуждать на эти темы легко, а принимать решение, понимая, каковы последствия, очень непросто, тем более на 95-й день исполнения обязанностей.

Мы правильно все сделали. Мне не только не стыдно за действия российских войск, я просто горжусь этими действиями, потому что они действовали эффективно, действовали симметрично и пропорционально, что бы там ни говорили. А пропорциональность эта заключается в том, что невозможно остановиться в тот период, когда началась агрессия, потому что, если ты остановился, ты прекрасно понимаешь, что через несколько дней агрессор перегруппируется и нанесет новый удар, хотя бы для того, чтобы лицо свое спасти... Я вчера собирал руководство Министерства обороны и Министерства финансов. И, как вы понимаете, мы обсуждали не выпуск новой партии автомобилей или тракторов, а перевооружение российской армии. О чем это говорит? Это говорит о том, что некоторые приоритеты после этого конфликта нам все-таки придется поменять...

Говоря о перспективе членства Грузии в НАТО...

Д.М.:... я уже об этом говорил, это явно будет одним из очень серьезных дестабилизирующих факторов и для НАТО, и для Кавказа. И еще полбеды было бы, если бы во главе грузинского государства стояли сбалансированные, разумные политики, пусть даже сориентированные за океан, и другое дело, когда там стоит во главе государства человек, с которым мы не просто не будем никакого дела иметь, а человек абсолютно непредсказуемый, человек, отягощенный массой патологий, к сожалению, находящийся в несбалансированном состоянии психическом, вы меня, конечно, извините, но употребляющий наркотические средства, о чем хорошо известно западным журналистам, которые не так давно брали у него интервью. Два часа интервью в состоянии сильного наркотического опьянения для главы государства - это несколько многовато, перебор. Если наши коллеги по блоку НАТО хотят получить такого лидера, вперед тогда. Поэтому для нас, конечно, было бы очень сложным выбором возникновение новой напряженности в этом регионе.

Отвечая на вопрос о признании Абхазии и Южной Осетии

Д.М.: Я не буду повторять мотивы, по которым было принято это решение, я неоднократно их излагал. Для кого-то они сверхубедительные, для кого-то они менее убедительные. Хотя на мой взгляд, конечно, сегодня нет никакого серьезного довода, который позволял бы, скажем, отделить процесс признания Южной Осетии и Абхазии от тех решений, которые принимались в отношении Косово. Я уже говорил на эту тему, это вопрос конкретного государства, кого признавать, кого не признавать. Это вопрос даже и внутриполитический, вопрос оценок истории взаимоотношений с этим государством, наличия тех или иных проблем на территории того или иного государства, которые могли бы потом сказаться на отношениях с окружающим миром и так далее.

Но с точки зрения архитектуры принятия таких решений, как мне представляется, это всегда проблема выбора в конкретной исторической ситуации, извините, для первого лица государства, ведь идея о том, чтобы признать Южную Осетию и Абхазию витала в воздухе очень долго. Я не буду скрывать от вас, мы действительно к этому не стремились. Наоборот, долгое время и Президент Ельцин, и Президент Путин, по сути, уговаривали руководство этих непризнанных автономий, да и население, сохраняться в составе Грузии, не создавать проблем другого порядка. И мы абсолютно искренне считали, что если предпринять какие-то элементарные вещи, можно хотя бы вернуться в конструктивное русло. Я могу вам сказать откровенно, первый раз, когда я увидел Саакашвили в качестве Президента, это было в Петербурге, первое, что я ему сказал, - это то, что по вопросам территориальной целостности мы придерживаемся прежнего подхода. Это первая фраза, которую он от меня услышал, которую он с удовольствием проглотил так. Ну и что мы получили взамен?

Я помню, как у нас развивались отношения. Он крутился там как бобик, все время говорил: "Давайте встретимся, давайте я в Сочи приеду". Я говорю: "Хорошо, приезжайте, я буду рад, подпишем, может быть, соглашение о неприменении силы". Несколько таких телефонных разговоров было. Потом последний раз мы с ним виделись, это было в Казахстане в момент празднования юбилея Астаны. И мы расстались на том, что он готов приехать в Россию, в Сочи и провести там нормальные переговоры, в том числе касающиеся договора о неприменении силы. Хотя он сказал: "Ну, это всё уже было". Я говорю: "Но у Вас какая альтернатива-то, силу применять?" - Вроде нет. Расстались.

Я не сторонник конспирологических теорий, не сторонник такой черно-белой картинки, но не могу не сказать об этом. Через некоторое время приехала наша близкая партнерша Кондолиза Райс, после этого мальчика как подменили. Звонить перестал, говорит: "В Сочи встреча не нужна, может быть, в конце года". Пожалуйста, твое дело. Начал готовиться к войне. Поэтому наша точка зрения на вопрос о признании, конечно, развивалась и моя личная точка зрения тоже, потому что это мое решение и в конечном счете я за него несу ответственность и перед гражданами России, и перед гражданами двух этих новых республик. Только я как глава государства. Я не удивлю вас, если скажу, что решение о признании, естественно, возникло после начала военных действий, когда мы поняли, что по-другому защитить осетин и абхазов не удастся, что если один раз напился крови, то уже не остановится, если не дать как следует в рыло. Вот тогда это решение и вызрело. Это довольно банальная вещь, но это правда...

Дмитрий Медведев прокомментировал также перспективы урегулирования ядерной проблемы Ирана.

Д.М.:.. Что касается отношения к иранской ядерной программе, то мы здесь ничего не меняем. Мы и раньше считали, что по этому вопросу нужно договариваться. Мы не должны предпринимать каких-то односторонних действий. Абсолютно неприемлемым считаем милитаристский сценарий, военный сценарий решения этой проблемы, хотя мы знаем, что у некоторых участников международных отношений есть разные сценарии развития событий. Мы считаем такой сценарий неприемлемым, очень опасным для мира и для региона, настолько опасным, что я даже не хотел бы сейчас объяснять почему, это всем очевидно. Мы и дальше будем работать в тех форматах, которые были, и вносить свою конструктивную лепту. Кстати, мы считаем, что ряд предложений, которые делали европейцы на эту тему за последнее время, и переговоры, которые Солана вел, некоторые другие переговоры - они, в общем, вполне позитивные, здесь нужно просто укреплять вот эту составляющую. Уж точно не нужно накатывать с новыми дополнительными санкциями сейчас, нужно постараться найти развязку этой проблемы, в том числе и по использованию ядерного компонента по программе мирного атома. Я считаю, что это как раз, может быть, главное для внешней политики...

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
18.01.17
Протесты в Москве: «Диалог — вопрос стабильности самой социальной системы»
NB!
18.01.17
Протестная активность в Москве: «Собянин спасает рейтинг Путина»
NB!
18.01.17
«Без радикальных мер транспортные проблемы Москвы было не решить»
NB!
18.01.17
В Госдуме придумали, как увеличить число мужчин-учителей
NB!
18.01.17
«Нападение на Литву – не теоретическая угроза»
NB!
18.01.17
Итальянские полицейские забывали о штрафе, восхищаясь Путиным
NB!
18.01.17
Что московские власти будут делать без рейтинга Путина?
NB!
18.01.17
Коста-Рика: как живут индейцы в самой счастливой стране мира
NB!
18.01.17
65% граждан считают Россию передовой и развитой страной: опрос
NB!
18.01.17
Государственная машина Казахстана по производству смыслов
NB!
18.01.17
В России выплачено 22,9 млрд рублей долгов по зарплате
NB!
18.01.17
Песков: Киев сам отказывается от Донбасса
NB!
18.01.17
Радио REGNUM: первый выпуск за 18 января
NB!
18.01.17
ЕС почему-то ведёт себя «не совсем умно»: обзор «евроинтеграции» Украины
NB!
18.01.17
2017 год. Будет ли положен предел экспансии Турции на Ближнем Востоке?
NB!
18.01.17
Армянский предвыборный пазл
NB!
18.01.17
Сколько раз проходил крещение Господь Христос
NB!
18.01.17
Эволюция команды Сергея Собянина и московская предвыборная повестка
NB!
18.01.17
100 лет революции: Не можем вернуть все храмы РПЦ — Жириновский
NB!
18.01.17
Юридический ребус Лаврова для Алиева и Мамедъярова
NB!
18.01.17
«Нефть поддержали»
NB!
18.01.17
«Рубль продолжит лихорадить»