MrPenguin20
Иракский Курдистан

Напряженность в Ираке и вокруг него в связи с приближением назначенного на 25 сентября референдума о независимости Иракского Курдистана нарастает. Премьер-министр Ирака Хейдар аль-Абади в интервью Associated Press заявил, что Багдад «готов к военному вмешательству, если запланированный референдум по независимости региона Курдистан приведет к насилию». По его словам, «если вы оспариваете Конституцию, если вы бросите вызов границам Ирака и границам региона, это будет публичное приглашение для стран региона нарушить иракские границы, что является очень опасной эскалацией». Одновременно выступил и премьер-министр Турции Бинали Йылдырым: «Запланированный руководством Иракского Курдистана референдум о независимости затрагивает национальную безопасность нашей страны. И никто не должен сомневаться, что мы предпримем все надлежащие шаги в этой связи».

На Эрбиль оказывает соответствующее давление также Запад, но с определенными нюансами. Так, США требуют от курдов перенести дату референдума и вступить в диалог с Багдадом на новых условиях. В этой связи член политбюро Демократической партии Курдистана (ДПК) Хошияр Зебари заявил, что «политическое руководство Южного Курдистана (имеется в виду Иракский Курдистан — С.Т.) может перенести референдум только в случае письменных гарантий Совета Безопасности ООН», без того «курдские власти не приняли бы предложения, где нет гарантий». Своеобразную позицию занял Лондон. С одной стороны, он повторяет аргументы Вашингтона о том, что «референдум рискует увеличить нестабильность в регионе, когда основное внимание должно быть сосредоточено на победе над ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)». С другой, британцы почему-то настаивают на том, чтобы «переговоры Эрбиля с Багдадом были ограничены по времени и подкреплены международным сообществом».

U.S. Department of Defence
Бойцы курдской пешмерги в Ираке

Одним словом, вокруг Иракского Курдистана формируется интригующий расклад сил. Израиль поддерживает проведение референдума по независимости. В Эрбиле побывала высокопоставленная делегация Саудовской Аравии во главе с министром по делам арабских стран Залива Тамером аль-Сабханом. Он встретился с главой курдской автономии в Ираке Масудом Барзани и выразил готовность Эр-Рияда начать диалог и посредничество между Эрбилем и Багдадом. При этом саудиты не высказались пока ни за, ни против решения провести референдум о независимости. В то же время новый наследный принц Саудовской Аравии Мухаммад ибн Салман Аль Сауд, с именем которого многие арабские эксперты начинают связывать возможные радикальные изменения в регионе, заявляет, что «не намерен ждать битвы в Саудовской Аравии, вместо этого будет работать, чтобы полем битвы стал Иран».

Это намек на то, что он может поддержать референдум о независимости Иракского Курдистана, чтобы ослабить в Ираке влияние Тегерана. Нельзя исключить и того, что Саудовская Аравия будет поддерживать в Сирии отряды YPG («Курдская народная самооборона») и PYD («Демократический союз»), не скрывающие, что они не покинут территории, которые были освобождены их отрядами от ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), а это «в будущем может привести к присоединению некоторых сирийских территорий к курдскому государству». Более того, отмечает бакинский арабист Руфиз Хафизоглу, вполне возможно, что «новый принц станет приверженцем политики вытеснения Турции из ближневосточной политики». Таким образом в Ираке и вокруг Ирака назревает новый вооруженный конфликт, если, конечно, Эрбиль не примет одно из предлагаемых Западом решений. Пока же курды грозят, что «будут защищаться, если иракские войска или шиитские ополченцы попытаются войти на спорные территории, которые теперь находятся под контролем курдских сил пешмерга, в частности, в богатый нефтью город Киркук», не говоря уже о возможном турецком вторжении.

Турецкая газета Вugun прогнозирует: «Регион, который мы называем Ближним Востоком, скоро в муках может породить независимое курдское государство», а «региональная политика главных внешних акторов привела к ситуации, которая возникала около 100 лет назад в период, когда разрушалось Османское государство, но тогда она не привела к обретению курдами независимости». В то же время газета отмечает, что «сегодня Иракскому Курдистану недостаточно только сказать: «Отныне я независим». Ближний Восток — это сложный регион, строительство нового государства сопряжено со многими трудностями». Готов ли Эрбиль к такой очень сложной игре? Пока складывается ощущение, что Барзини завысил планку требований и вряд ли откажется от референдума по независимости. Хотя бы потому, что не желает упускать исторический шанс «стать первым, кто создает независимое государство, которое получит наименование Курдистан».

Boris Niehaus
Бойцы курдской пешмерги в Ираке

Вопрос признания его со стороны мирового сообщества является второстепенным. Но в долгосрочной перспективе Запад, если более тонко оценивать занимаемую им сейчас позицию, может пойти — несмотря на сиюминутные колебания — на признание курдского государства. С другой стороны, как открыто пишут турецкие эксперты, начинают «воскресать» геополитические контуры Ближнего Востока начала ХХ века, Севрского договора 1920 года, в котором, кстати, наряду с созданием курдского государства определялись и другие границы Армении. Геополитическая реальность такова, что превращение Иракского Курдистана из региональной структуры в государство поднимет статус курдов Турции, что может изменить существующий сейчас пограничный режим между Анкарой и Ереваном. В Турции это прекрасно понимают, заявляя, что события в Иракском Курдистане «затрагивают национальную безопасность страны». Парадокс как раз в том, что если раньше объявление независимости Курдистана рассматривалось в арабском мире как раздел арабского государства Ирака, то сейчас этот процесс проводится под предлогом борьбы с влиянием Ирана.

И еще один момент. В случае военного вторжения Турции в Иракский Курдистан такая акция в арабском мире, в частности в Саудовской Аравии, может расцениваться как оказание поддержки Тегерану. Так что Барзани ведет тонкую геополитическую игру, нейтрализуя Турцию и Иран. Москве на этом направлении тоже придется определяться рано или поздно. Ситуация в регионе быстро меняется.