Сирийская мозаика запестрела такими сюжетными красками, что увидеть саму картину становится непросто. Все пошло не так, как изначально предполагалось после достижения в Женеве 9 сентября соглашения по перемирию в Сирии, которое должно было наступить 12 сентября. Свод пяти текстов был объявлен секретным. В той или иной форме госсекретарем США Джоном Керри и министром иностранных дел России Сергеем Лавровым озвучивались лишь его отдельные положения. Одновременно представители министерства обороны России и Пентагона обсудили возможность расширения согласованных мер недопущения инцидентов в воздушном пространстве над Сирией.

ogogo.org.ua
И снова плутовство

Из этого становилось ясно, что попытки урегулирования ситуации в Сирии ведутся сразу по двум линиям — военной и дипломатической. Главным врагом обозначался ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), остальное приобретало характер тактических действий, в том числе и обязательство Вашингтона провести отмежевание отрядов так называемой умеренной сирийской оппозиции от «Джабхат ан-Нусры» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и тех группировок, которые фактически слились с этим подразделением «Аль-Каиды» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В дальнейшем, по данным американского журнала National Interest, в случае, если «перемирие в Сирии удастся продлить на неделю, США и Россия должны в будущем осуществлять совместные действия в борьбе с общим врагом в Сирии», создав «совместный исполнительный центр», который будет направлять американские и российские самолеты против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «Джабхат ан-Нусра» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

National Interest, указывая на этот аспект «женевской сделки», который квалифицировался в США как «самый поразительный аспект американо-российских отношений», прогнозировал, что он подвергнется атаке со стороны определенных сил на Западе, поскольку в их глазах это означало бы, что Вашингтон «признал Россию в статусе сверхдержавы — по крайней мере, на Ближнем Востоке — который она потеряла после распада Советского Союза в 1991 году». Такой шаг рассматривался в качестве «новой вводной в сирийское уравнение» (а не сценарии по уничтожению различных радикальных джихадистских группировок), и его не желали допускать или публично признать те силы на Западе, которые призывали в любых комбинациях зафиксировать, прежде всего, лидирующую роль США.

Как в воду глядел Лавров, когда говорил, что Москва и Вашингтон не могут обнародовать соглашения по сирийскому перемирию, объясняя это наличием «достаточно серьезной, чувствительной информации», которая может попасть в руки желающих сорвать все договоренности! Москва это быстро почувствовала, предлагая Вашингтону не только совместно обнародовать детали женевского соглашения, но и закрепить их резолюцией Совета Безопасности ООН. Американцы отказались. Под предлогом того, что такая акция якобы «может сказаться на мерах безопасности в доставке гуманитарной помощи в Сирии». Так завершился первый акт геополитической трагикомедии, который имел на днях неожиданное продолжение.

Авиация возглавляемой США международной коалиции нанесла четыре авиаудара в районе аэродрома города Дейр-эз-Зор по силам сирийской правительственной армии. В атаках приняли участие два самолета F-16 и два A-10. Они вошли в воздушное пространство Сирии со стороны иракской границы. Погибло 62 военнослужащих, около 100 человек были ранены. Сразу после удара коалиции боевики ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) перешли в наступление. Официальный представитель Минобороны России генерал-майор Игорь Конашенков несколько обтекаемо охарактеризовал инцидент с авиаударами, заявляя, что если они «вызваны ошибочными координатами цели, то это прямое следствие упрямого нежелания американской стороны координировать с Россией свои действия против террористических группировок на территории Сирии». Итак, сделка по Сирии показала сбой по линии военных ведомств США и России.

Вслед за этим стала буксовать и дипломатическая линия. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова заявила, что «если раньше у нас были подозрения, что таким образом выгораживается «Джебхат ан-Нусра» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), то теперь, после сегодняшних ударов по сирийской армии, мы приходим к действительно страшному для всего мира выводу: Белый дом защищает ИГИЛ» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В свою очередь постоянный представитель США при ООН Саманта Пауэр почему-то начала утверждать, что Москва, во-первых, «не выполняет договоренностей по Сирии», которые Вашингтон отказывается озвучить. Во-вторых, «России необходимо добиться от Дамаска прекращения бомбардировок позиций так называемой умеренной оппозиции». При этом она словно в истерическом припадке (разыгранном?) покинула заседание Совбеза ООН, где обсуждался вопрос авиаудара коалиции по сирийским военным.

Позже, немного успокоившись, Пауэр заявила, что «США чрезвычайно серьезно настроены на реализацию договоренностей с Россией», хотя «Россия не выполняет свою часть сделки, на которую мы потратили месяцы переговоров, обсуждая мельчайшие технические детали». В этой связи Москва созывает экстренное заседание Совета Безопасности ООН. Помимо этого, настаивает на получении от Вашингтона «объяснений, полных и детальных, в Совбезе ООН», чего сделать без рассекречивания женевских документов или их какой-то их части невозможно. «США не хотят обнародовать соглашение по Сирии, потому что мировой общественности станет понятно, кто что не исполняет», — откликнулся в Бишкеке президент России Владимир Путин.

Но на этом интрига не исчерпывается. Как стало известно, в ходе своего недавнего посещения Анкары начальник Генерального штаба России генерал Валерий Герасимов заявил о незаконности действий турецкой армии в Сирии. До турецкой стороны были доведены возможные военные и политические риски в случае затягивания или дальнейшего расширения масштабов операции «Щит Евфрата». Тем не менее, как сообщает турецкая газета Hurriyet, Вооруженные силы Турции и Свободная сирийская армия возобновили боевые действия в Сирии в рамках операции «Щит Евфрата». Теперь вопрос в том, как долго турецкие войска пробудут в Сирии. Анкара не раскрыла график, но дала понять, что армия проведет там столько времени, сколько нужно для нейтрализации угроз турецкой безопасности. По словам официальных турецких лиц, главными врагами являются ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и ополчения сирийских курдов.

Реакция Дамаска на это понятна. Но теперь, похоже, в мозаику красок начинает добавлять и Тегеран. Заместитель министра иностранных дел Ирана Хусейн Джабер Ансари заявил, что «любая операция и любые меры Турции за границей, в соседних странах и Сирии, Ираке, любой другой точке, должны осуществляться в соответствии с международными нормами, а также в координации с центральным правительством, на территории которого происходят события». Наконец, прозвучало загадочное заявление премьер-министра Турции Бинали Йылдырыма о том, что «в стране пытаются реализовать тот же сценарий, что в Ираке и Сирии». При этом турецкий премьер не уточнил, кто именно пытается реализовать в стране иракский и сирийский сценарий. Загадка тут в том, что, с одной стороны, Анкара, осуществляя военную операцию в Сирии, позиционирует себя в качестве важного регионального геополитического «игрока», с другой, как считает Washington Post, «Турция постепенно увязает в сирийском конфликте, об опасности чего ранее предупреждало президента Реджепа Тайипа Эрдогана командование армии, которая уже вела на турецкой территории войну с курдскими боевиками».

По версии американской газеты, турецкие офицеры, опасавшиеся того, что «Турция может превратиться в Ирак или в Сирию», после были объявлены «участниками путча 15 июля» и уволены из армии. Теперь Анкара переступила «красную черту», вывела конфликт в Сирии на новый уровень, когда США — главный союзник Турции по НАТО и одновременно курдов — получили возможность иначе раскладывать собственный геополитический пасьянс. Первоначально Анкара корректировала свою позицию в соответствии с курсом Вашингтона и Москвы. Теперь, когда Вашингтон демонстративно срывает женевские договоренности по Сирии, Турции сложно будет сделать выбор. Не случайно и то, что западные СМИ вновь стали обращать повышенное внимание на тайные соглашения 1916 года Сайкса — Пико, предусматривавшие раздел Османской империи. В этом смысле, конечно, мотивы Анкары и Вашингтона в Сирии могут пересекаться тактически, но не стратегически. Такой ход событий может иметь огромные последствия для всего Ближнего Востока.

Пока же ситуация вокруг Сирии выглядит весьма противоречиво. Появившаяся после российско-американского женевского соглашения по Сирии надежда на прекращение боевых действий иссякает прямо на глазах. Американские эксперты выход из ситуации видят в отказе от «фундаментального принципа» видеть Сирию единым государством. Но инициирование новых разделов несет в себе массу сложностей, в частности, по вопросу определения новых границ, и уже не только Сирии. Мир сталкивался с похожим конфликтом в девяностые годы прошлого века, все знают, чем это завершилось, — бывшая Югославия была раздроблена на семь разных государств, что Запад выставил как пример главного «внешнеполитического достижения». Неужели и на Ближнем Востоке все пойдет по такому сценарию?