Вперед к минскому Майдану: 20 млн долларов для отца белорусской демократии

Лукашенко больше не может дать гарантий безопасности олигархам

Алла Бронь, 17 Марта 2016, 15:13 — REGNUM  

В Белоруссии опять начались громкие аресты бизнесменов. Это у нас сегодня тема номер один. Арестованы владелец группы компаний «Трайпл» Юрий Чиж и «Серволюкс» Евгений Баскин. Оба входят в десятку первых псевдоолигархов постсоветской республики и считаются особо приближёнными к телу «всенародного» местными олигархами.

Как обычно бывает в таких случаях, по поводу случившегося высказываются версии. Одна, провластная, одна злопыхательская и одна «интеллектуальная». Первая гласит, что так им и надо кровопийцам, и «у нас неприкасаемых нет» (Лукашенко (с)). Вторая злорадствует по поводу того, что государственная казна крайне оскудела, и власть не останавливается ни перед чем, чтобы её как-то пополнить. Для тех же, кто считает себя умнее других, припасена версия, что псевдоолигархи в процессе делёжки пали жертвой своих коллег, более удачно снюхавшихся с представителями правоохранительных органов.

Первая версия слишком оптимистична. Вторая — неубедительна. Режиму сейчас позарез нужны «живые» деньги, а не заводы-пароходы, которыми государство не очень хорошо умеет управлять. Если у бизнесменов и имеются свободные наличные (что маловероятно), то они припрятаны где-то за пределами страны. Всем известно, где живём.

Помнится, президент помиловал владельца группы компаний «Биоком» Андрея Павловского после того, как тот полностью возместил причиненный ущерб в размере 20 млн. долларов. Больше налички с белорусского «олигарха» не стрясёшь. Это не те деньги, о которых можно говорить в государственном масштабе. Как сказал бы Остап Бендер: «20 миллионов долларов не спасут отца белорусской демократии».

Третья версия выглядит наиболее убедительно, но, скорее всего, всё несколько сложнее. Чтобы в ней разобраться, надо чётко представлять себе, что такое постсоветское государственное образование «Республика Беларусь». Важным признаком белорусской правовой системы является то, что произвол власти местного «диктатора» и его бюрократии всеми силами пытаются совместить с понятием «правовое государство». Типа, мы не хуже других.

В СССР никто не загонялся по поводу «правового государства». Там даже закона о милиции не было, хотя милиция была. Поскольку СССР был идеократическим государством, всем были понятны общие принципы его устройства и целей. Законы были нужны только для того, чтобы знать, кого, за что, на сколько посадить, и кто кому сколько должен. Мем «правовое государство» мы узнали только во время «перестройки». Теперь, поскольку новообразованные постсоветские республики не знают, зачем они существуют на свете, каждый чих государства нужно оформлять в виде законодательных актов. И каждый раз их переписывать, когда ситуация изменилась. Правда, зачем эти государства существуют, известно — для набивания карманов представителей власти, но это народу прямо не скажешь.

В итоге Республика Беларусь по праву может гордиться одним из «самых разработанных» законодательств в мире (цитирую белорусскую пропаганду). То есть, одним из самых громоздких и запутанных. Естественно, что даже самый диктаторский диктатор не может не только написать все эти законодательные акты, но даже не может их толком прочитать, когда подписывает. На лыжах некогда будет покататься. Значит, законы пишет бюрократия. Из каких же соображений она пишет законы?

На Западе мы ещё пока видим какое-то подобие правопорядка потому, что их законы были написаны в тот период, когда весь народ (в том числе и бюрократия) были охвачены огнём религиозных и национально-патриотических идей. По инерции эта система ещё работает, хотя от огня уже ничего не осталось. Мы присоединились к «цивилизованному миру» тогда, когда от пламенных идей остались только жажда телесного комфорта и свободы от общества. Для бюрократии — свободы от ответственности. Значит, бюрократия при написании законов руководствуется только своими шкурными интересами. Соответственно, она пишет законы так, чтобы исполнить их было невозможно, и таким образом, чтобы подконтрольные лица всегда были «под статьёй». Так обеспечивается всевластие бюрократии, и возможности для коррупционного обогащения.

С другой стороны, предприниматели и должностные лица знают, что исполняя законы, ничего не заработаешь. Они вынуждены нарушать законодательство на каждом шагу. Но грань между вынужденным нарушением закона и самым настоящим преступлением может быть только в мозгу диванного аналитика. У бизнесменов она не то, чтобы стёрта, — её нет изначально. Так рождается тотальное неуважение к закону.

Что имеем в итоге? Все, кто зарабатывает деньги (не путать с зарплатой!), нарушают закон. Значит, посадить надо всех. Но это невозможно — некому будет сажать и охранять. Следовательно, надо выстраивать систему избирательного правосудия. То есть, в правоохранительной системе надо выстраивать второй контур управления, по которому передаются сигналы кого уже сажать, а кого — пока еще не трогать. Это как если бы на всех дорожных знаках установили дополнительные лампочки, чтобы все знали, когда на знаки можно «забить», а когда (если лампочка горит) — выполнять без дураков.

К сожалению, второй контур управления не может быть формализован. Незаконные указания далеко не всегда можно передавать подчинённым открытым текстом. Можно самому погореть. Поэтому каждый правоохранительный начальник на своём месте должен работать с подбором и ориентацией подчинённых так, чтобы они понимали всё без лишних слов. Такая система очень сложна и может давать сбои. Более того, спецслужбы враждебных государств могут инспирировать такие сбои.

По-видимому, это и происходит. Компромат на состоятельных бизнесменов правоохранительные органы собирают всегда. На всякий случай. Но он не пойдёт в дело без санкции с нужного уровня. В случае с «олигархами» это должна быть санкция от Самого. Но супостаты устроили сбои во втором контуре, и компромат пошёл в дело без надлежащего одобрения. И не подкопаешься — закон ведь нарушен! Для закрепления эффекта подлые вражины оперативно слили информацию об арестах и их причинах в прессу и интеренет, и разожгли бурю народного обсуждения. Чтобы назад дороги не было. Теперь только и остаётся произносить красивые фразы, что «неприкасаемых нет», или «помиловать после возмещения ущерба».

Почему я полагаю, что «олигархов» посадили без ведома Лукашенко? Потому что это не в его интересах. Как уже сказано, денег с них много не поимеешь, а стабильность режима ставится под угрозу. Почему?

Стабильность в любом обществе всегда основывается на каком-то множестве людей, более-менее довольных своим положением. Даже среди самых бедных поддержку нельзя обеспечить только пропагандистской «лапшой». Надо что-то и реальное дать. Телевизор всегда работает только в паре с холодильником. Но чем выше человек находится в социальной иерархии, тем больше он знает о реальном положении дел, и тем меньше он смотрит и верит телевизору. А чем меньше он верит телевизору, тем полнее должен быть его холодильник, чтобы он не бунтовал. Соответственно, на самом высоком социальном уровне находятся люди, которым бесполезно рассказывать про «процветающую Беларусь». Они лучше всех знают, как она «квитнеет» (расцветает) и где. Значит, после уплаты всех поборов и откупных, у них должно оставаться достаточно много денег. А главное, чтобы они были довольны своим положением, у них должно быть чувство безопасности.

Последние аресты лишили богатых людей Белоруссии чувства безопасности. Теперь они знают, что никакие откупные, связи в госорганах, и даже знакомство с Самим, не может быть гарантией безопасности. Действительно, неприкасаемых нет. За что боролись, на то и напоролись. Жалует царь, да не жалует псарь. Доверие к власти в самом верхнем социальном слое — потеряно. Теперь к «олигархам» можно подкатывать с предложениями о сотрудничестве в свержении режима. Им теперь терять нечего — могут и согласиться.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня